Усов Владимир Юрьевич – доктор мед. наук, профессор, руководитель отделения рентгеновских и томографических методов диагностики.
Томск.
Vladimir Yu. Usov – doct. of med. sci., professor, chairman of department of X-ray and tomography diagnostic methods.
Tomsk.
Вышлов Евгений Викторович – доктор мед. наук, ведущий научный сотрудник отделения неотложной кардиологии.
Томск.
Evgeny V. Vyshlov – doct. of med. sci., leading research fellow of the Department of urgent cardiology.
Tomsk.
Мочула Ольга Витальевна – канд. мед. наук, младший научный сотрудник отделения рентгеновских и томографических методов диагностики.
Томск.
Olga V. Mochula – cand. of med. sci., junior research fellow of department of X-ray and tomography diagnostic methods.
Tomsk.
Ярошевский Сергей Петрович – младший научный сотрудник отделения рентгеновских и томографических методов диагностики.
Томск.
Sergey P. Yaroshevsky – junior research fellow of department of X-ray and tomography diagnostic methods.
Tomsk.
Алексеева Яна Валерьевна – аспирантка отделения неотложной кардиологии.
Томск.
Yana V. Alekseeva – postgraduate student of the Department of urgent cardiology.
Tomsk.
Каредва Сергей Алексеевич – врач высшей категории, заместитель главного врача по медицинской части.
Томск.
Sergey A. Karedva – Superior Category Doctor, Deputy Director (Medical).
Tomsk.
Баев Андрей Евгеньевич – канд. мед. наук, заведующий отделением рентген-хирургических методов диагностики и лечения.
Томск.
Andrey E. Baev – cand. of med. sci., chairman of department of invasive radiology.
Tomsk.
Бахметьева Татьяна Алексеевна – заведующая отделом.
Москва.
Tatyana A. Bakhmetyeva – Department Director.
Moscow.
Рябов Вячеслав Валерьевич – доктор мед. наук, руководитель отделения неотложной кардиологии.
Томск.
Vyacheslav V. Ryabov – doct. of med. sci., chairman of the department of urgent cardiology.
Tomsk.
Беличенко Олег Игоревич – доктор мед. наук, профессор, заместитель директора по научной работе.
Москва.
Oleg I. Belichenko – doct. of med. sci., professor, Vice-Director (research and development).
Moscow.
Цель исследования: оценить зависимость абсолютной и относительной толщины инфарктного повреждения миокарда от времени “боль–игла” у пациентов, получавших при остром инфаркте раннюю догоспитальную тромболитическую терапию (ТЛТ) с последующей чрескожной баллонной ангиопластикой (ЧКВ) инфарктсвязанной коронарной артерии, с постановкой стента по данным МРТ с парамагнитным контрастным усилением (ПМКУ).
Материал и методы. В исследование вошли результаты МРТ с ПМКУ 25 пациентов с внезапно развившимся первичным инфарктом миокарда, которым выполнялся догоспитальный тромболизис в течение 35–300 мин после начала тяжелых “инфарктных” болей с последующей коронарографией и стентированием непосредственно после доставки и госпитализации в отделение неотложной кардиологии. У 6 пациентов тромболизис был неэффективен и им реканализация коронарных артерий было осуществлена только при ЧКВ. Всем пациентам в срок 18–34 ч после ТЛТ была выполнена МРТ с ПМКУ (гадобутрол или гадоверсетамид как 0,1 мМ на 1 кг массы тела) в Т1-взвешенном режиме с подавлением сигнала от жира или как инверсия-восстановление с подбором времени инверсии до обнуления сигнала здорового миокарда. Рассчитывались посегментная распространенность повреждения, толщина инфарцированного необратимо поврежденного миокарда, толщина неповрежденого миокарда в области инфаркта, показатель трансмуральности повреждения – как отношение глубины повреждения к толщине стенки в целом. Анализировалась зависимость тяжести повреждения от времени “боль–игла” – между началом болей и введением тромболитика или (при безуспешности ТЛТ) – ЧКВ.
Результаты. Зависимость между толщиной оставшегося неповрежденного миокарда и временем носила убывающий экспоненциальный характер вида Y = 2,08 + 17,11 · exp(−t/42,4), r = 0,843, p < 0,002. Индекс трансмуральности, характеризовавший относительную глубину повреждения миокарда в зоне инфаркта, зависел от времени “боль–игла”, близким к обратной экспоненте образом, как:
Зона с отсутствующим кровот оком и микро- или макрогеморрагиями в толще инфарцированного миокарда формировалась только при величине времени “боль– игла” более 70 мин. Впоследствии полное или частичное восстановление сократимости в инфарцированных сегментах происходило только в случае трансмуральности повреждения менее 0,55–0,6.
Заключение. МРТ с ПМКУ позволяет точно оценить анатомическую распространенность повреждения миокарда в остром периоде инфаркта. Глубина повреждения миокарда в зоне инфарктсвязанной артерии, характеризуемая индексом трансмуральности, определяется временем “боль–игла” и достигает половины толщины стенки левого желудочка за 45–55 мин, что определяет эффективность последующего восстановления функции области инфаркта. Предположено, что МРТ сердца с ПМКУ должна выполняться всем пациентам с острым инфарктом миокарда, которым осуществляются реканализирующие коронарное русло вмешательства, для контроля миокардиальной эффективности восстановления кровотока.
Purpose: to evaluate the dependence of absolute and relative thickness of damaged myocardium in the acute myocardial infarction (AMI) area from the time interval between oncet of pain and start of intravenous thrombolysis (so-called “pain–needle time”), in AMI patients treated with prehospital intravenous thrombolysis and also later on with subsequent percutaneous coronary angiplasty (PCA) and stenting, using contrast-enhanced MRI of the heart
Materials and methods. The study comprised data of CE-MRI studies in 25 patients with theyr first acute myocardial infarction, in whom the pre-hospital thrombolytic therapy (TLT) was carried out in the course of 35–300 min after onset of chest pain, with coronarography and percutaneous coronary angioplasty and stenting after admission to the institute of cardiology. In six patients the TLT was not success ful and in these the restoration of coronary blood flow was obtained only at PCA. In all patients in terms 18–34 hours after TLT the CE-MRI of the heart was carried out using gadobutrol or gadoversetamid, as 0.1 mM per kg of BW, in T1-weighted mode with fat suppression and as inversion-recovery with inversion time adjusted to get the normal myocardium “nulled”. We calculated the segmental extension of damage, the thickness of infarcted irreversibly damaged myocardium and of non-damaged myocardium in the same locations, the index of transmurality, as ratio of thickness of damaged myocardium to the overall wall thickness. We analyzed the dependence of these indices of damage from the time interval between pain oncet and beginning of intravenous thrombolytic therapy (or PCA – when TLT was unsuccessful).
Results. The dependence of thickness of non-damaged myocardium from the “pain-needle” time was as exponential as Y = 2.08 + 17.11 · exp(−t/42.4), r = 0.843, p < 0.002. Index of transmurality did depend on the time interval “pain – needle” as Boltzmann function, pretty closely to reverse exponential one:
No-reflow zone with absent blood flow in the infarcted area was present only in cases with the “pain–needle” time interval over 70 min. Later on the full or partial restoration of contractility in infarcted segments was observed only if the IT was below 0.55–0.6.
Conclusion. CE-MRI delivers adequate quantitative estimates of anatomic transmural extent of myocardial infarction from early acute period of the AMI. The depth of myocardial damage is a function of “pain–needle” time and approaches the half of wall thickness for as short as 55–65 min, determining by this the future prognosis of the mechanical restitution of contractility in the infarcted region. It is suggested the CE-MRI of the heart must be carried out in every patient in whom due to AMI the thrombolytic therapy and/or percutaneous coronary angioplasty has been done, for unbiased myocardium-focused control of efficiency of restoration of coronary arterial patency.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.